Главная Люди ROCKET SCIENCE PROJECT: ОЛИМПИАДА В ТОКИО – НАША ПРЕДЕЛЬНО ПРОСТАЯ ЦЕЛЬ
ROCKET SCIENCE PROJECT: ОЛИМПИАДА В ТОКИО – НАША ПРЕДЕЛЬНО ПРОСТАЯ ЦЕЛЬ
0

ROCKET SCIENCE PROJECT: ОЛИМПИАДА В ТОКИО – НАША ПРЕДЕЛЬНО ПРОСТАЯ ЦЕЛЬ

0

Продолжаем интервью команды #татарстайеры. У них амбициозная цель и железные принципы. Евгений Пищалов, Марат Аксянов, Искандер Ядгаров, Василий Пермитин, Ринас Ахмадеев.

ЧАСТЬ II

В которой говорится о пользе сознательных тренировок, о проекте “Чистый спорт”, о чемпионах-неформалах.

Первую часть, в которой говорится о преимуществах открытой легкоатлетической системы, о передовой спортивной науке и о том, можно ли догнать и перегнать кенийцев и какая разница между #татарстайер и «Rocket Science Project», читайте здесь: ТАТАРСТАЙЕРЫ: РАЗРУШИТЕЛИ БЕГОВЫХ МИФОВ

Профессиональные атлеты, которые получают деньги от государства, прочитают интервью и скажут: «Да они просто завидуют!»

Евгений: Мы не завидуем. Мы рады, что не в системе. Мы независимы.

Василий: Сегодняшняя система подготовки достаточно ущербна. Во многом из-за этого большие проблемы. Например, в Норвегии нет юношеской сборной, а в России есть. Тренеры, которые готовят юношей и девушек, получают за это зарплату, соответственно у них большой соблазн форсировать подготовку. Хорошо, если это делается легальными методами. Второе – используют запрещенную фармакологию. И пару лет назад статистика страшная была: сколько поймали юниоров. Соответственно, к началу карьеры у людей просто нет здоровья. То есть они выжаты жесткими тренировками. Организм уже толерантен к фармакологии, без этого не может.

pasted-image-37

Евгений: А самое главное – к переходу во взрослый спорт появляется отвращение к бегу.

Василий: У меня не получалось попасть в эту систему, но я дико хотел бегать. Мне нравится и сейчас. Я готов свои деньги платить, чтобы была возможность тренироваться и выступать. Что сейчас и происходит. У всех наших ребят такое же мировоззрение. А у профессиональных атлетов… Например, у нас есть чемпионы России, одни из самых талантливых людей в стране в беге на длинные дистанции, братья из Белова (Кузбасс). Они открыто говорят: мы ненавидим бег, но делаем это потому, что это приносит деньги.

Здесь и кроется главное различие. Профессионалам любыми способами надо показать результат. Жесткие тренировки, не соответствующие их физическим данным, применение фармакологии, пусть и не запрещенной, но это тоже не на пользу. Это истощает иммунитет, люди получают травмы. Есть выражение: «Профессиональный спорт калечит».

«Хочу добавить, что мы бегаем ради удовольствия, нам это нравится. Каждая тренировка только тогда приносит результат, когда от нее получаешь удовольствие. Если занимаешься без настроения, без желания – эффект от такого занятия практически нулевой. Это уже доказано наукой. Мы получаем удовольствие, а значит – и эффект».

Евгений: И это правда.

Василий: Это все на надрыве, потому что не покажет результат – не на что будет жить. Причем показать надо за достаточно короткий срок. У нас другой подход: никуда не торопиться. У меня пример мамы перед глазами. Даже будучи в системе и с несовершенной подготовкой она в 45 лет стала на чемпионате России по марафону вторая. В 41 год побила личный рекорд на полумарафоне. 1:09 – был мировой рекорд в категории мастерс. То есть я верю, что мы можем долго показывать достойные результаты.

Какие дистанции вы бегаете?

Василий: Мы закрываем практически весь диапазон. Мы с Ринасом универсальные – 5.000 – 10.000, полумарафон, можем и на среднюю встать – 1500 метров.

Евгений: Я – шоссейные гонки, полумарафон, марафон.

Василий: Искандер примерно то же самое, что мы с Ринасом, уже задумывается о марафоне. Марат дебютировал на марафоне. Я считаю, что ему надо сперва покороче дистанции подтянуть.

Василий включил тренера…

Василий: (смеется) Да, Марату надо от пятерки до марафона.

15068916_155660134907213_8320630340759020868_o

Марафон у вас есть в целях?

Василий: Да, это большая мечта у всех – реализоваться. У меня родители марафонцы.

Евгений: Марафон с точки зрения методики самая сложная дистанции. Там очень нужна наука, технологии и тестирование. Сейчас технологии даже позволяют определить – с какой скоростью человек может пробежать марафон, сколько и когда гелей съесть на дистанции, сколько выпить воды.

Но для любителей эти технологии пока недоступны.

Евгений: Мы как раз этот вопрос обговариваем. Думаю, скоро в Москве появится такая возможность. Хотим начать сотрудничать с одной лабораторией, обсудить этот вопрос – чтобы помогать и любителям. Чтобы они не что попало делали. Хочу добавить, что мы бегаем ради удовольствия, нам это нравится. Каждая тренировка только тогда приносит результат, когда от нее получаешь удовольствие. Если занимаешься без настроения, без желания – эффект от такого занятия практически нулевой. Это уже доказано наукой. Мы получаем удовольствие, а значит – и эффект.

Неужели не бывает так, что не хочется вставать и куда-то идти?

Евгений: Бывает, конечно. Но можем выйти на час позже, не проблема. Когда надо, встаем и бежим по темноте. Сегодня видели какая метель была? Сдувало, ничего не видели, но сделали две тренировки на улице.

Василий: Если ты понимаешь, для чего это делаешь, то нет никаких проблем выполнить тренировку. То есть просыпаешься и ждешь каждый день – сегодня такая-то тренировка, уже предвкушаешь. Если вернуться к нашей системе. Когда человек не думает, он пошел бездумно сделал то, что тренер сказал – теряется связь, зачем он вообще это делает. Я, когда работаю со своими клиентами, все объясняю, чтобы они понимали – что и для чего делается. Тогда человек получает удовольствие от тренировки.

Есть разные типы тренеров. Есть те, кто идет от науки, от эмпирических знаний. Мы объединяем два подхода: доступ к новейшим научным данным плюс интуиция. У Ринаса тренер достиг невероятных результатов благодаря интуиции. Под эти ощущения мы подкладываем базу, объясняем – почему это так работает.

Когда человек на Западе выходит во взрослый спорт, он хочет бежать, он готов бежать, он фанатично к этому относится. У нас уже отвращение. Вот и вся разница. Они это делают, потому что они это любят. И они готовы работать и бегать.

Василий: Сейчас основные силы брошены на развитие бренда. Монетизация, думаю, придет. Есть несколько вариантов – либо продавать продукт, либо очень большая аудитория. Я думаю, что мы сможем делать и то, и то.

Евгений: За два месяца мы наделали уже столько шуму в легкоатлетической среде.

Шум – в хорошем смысле или плохом?

Евгений: В хорошем. Ну а завистники найдутся всегда. Этот отрицательный пиар нам тоже на руку. Удовольствие получаем от того, что мы через неделю сильнее, чем сегодня. У нас два тестирования прошло. После сборов в Киргизии мы поняли, что мы стали сильнее. Это уже само по себе удовольствие – понимать, что отработали правильно.

Василий: Да, занимаемся с полным пониманием – что мы делаем. А не пальцем в небо. Мы прикинули, сколько у нас денег на двоих, что мы можем вложить примерно «нисколько» и начали делать. Благо, сейчас наделать шума не сложно – медиасреда очень развита. Еще если применять правильные инструменты – вообще на ура все работает.

Евгений: Директора инновационного центра ОКР Сергея Зоткина заинтересовал наш подход, возможно, получится сделать маленькую инициативную группу, которая будет идти плавно к ОИ в Токио 2020. У нас в России таких проектов, которые сами по себе возникли и начали целенаправленно куда-то двигаться, я больше не знаю. То есть не мы их искали, а они сами нам предложили.

15326174_165783553894871_3178565207848740827_o

Вот так выглядит основная часть мозгового центра Rocket Science Project. Научный гуру и наставник, учёный с мировым именем – Михаил Виноградов.

Олимпийские игры в Токио – ваша цель?

Василий: Да, на ближайшие четыре года это наша предельно простая цель. Это наша большая мечта.

А как быть с запретом стартовать за границей? Какой у вас статус?

Василий: Это очень сложно. Мы сейчас с этим вопросом разбираемся, это отдельная большая тема. Прошел год, мы по-прежнему сидим в «дисквале». Мы рассматриваем несколько вариантов, как мы можем выйти из бана. То есть мы все отстранены. Только Марат может выступать – у него статус любителя. Женя, Ринас и я не можем.

Почему?

Евгений: Мы аффилированы федерацией, мы выступали на официальных стартах.

Василий: Мы имели отношение к этой системе, а она отстранена. Мы в составе сборной как минимум, мы есть в стоп-листе. Искандера там нет. На забеге в Греции он занял второе место. Журналисты начали разбираться – в стоп-листе его нет, но написано, что он может увеличиваться. В Европе такие правила аффиляции – если человек выступает на официальных чемпионатах, значит, он выступает за какой-то клуб, а клуб уже платит взнос, чтобы быть в федерации. Соответственно, в федерацию входит клуб, а не человек. Но у нас не клубная система. ИААФ подал запрос. Его отстранила Всероссийская федерация. Получается, Искандер зажат с двух сторон – не может выступать ни за рубежом, ни на российских официальных стартах. То есть может бегать только коммерческие, типа московского марафона. Будем разбираться с этим. Как минимум, есть лазейка – Искандера нет в стоп-листе, на каком основании его отстранили. Один из наиболее вероятных вариантов – поехать за границу тренироваться с каким-то клубом. Скорее всего, в США. Это будет прямое доказательство, что мы вне системы. Получается, мы постоянно будем находиться там, тренироваться и тестироваться там. Так и получилось у Даши Клишиной.

Евгений: Самое главное – предать это максимальной огласке. За рубежом очень значимо общественное мнение. Хочется донести до них, что в России не так все плохо, что есть люди, которые мыслят немного иначе.

Василий: В отношении федерации мы обозначили свою позицию, так что не будем тратить силы и время на то, чтобы говорить, какая она плохая. Но выступать мы хотим. Поэтому осознанно отделяемся. Даже при наличии высоких результатов не будем ничего получать. Надеюсь, получится выехать. Мы уже пропустили много возможностей выступать.

Сейчас в США набирает обороты проект «Чистый спорт» – Сleansport. Его девиз – честность, целостность, прозрачность в спорте. Он для профессионалов, любителей, агентов, менеджеров – для всех, кто имеет хоть какое-то отношение к спорту. Когда ты присоединяешься к этому проекту, то ставишь галочку – это равносильно подписи, что ты клянешься выступать и жить чисто. Если ты нарушаешь, ты этой компании обязан заплатить «неустойку» 25 000 долларов. Этот пункт касается только профессиональных спортсменов. Мы все зарегистрировались. Это лишнее подтверждение тому, что мы открыты – к тестированию, к допинг-контролю. Мы рассказываем о методике своих занятий. Открытость – позиция сильного.

Не знаете ли, есть ли в этой базе российские атлеты?

Василий: Наша сборная посмеялась.

Евгений: Их пугает не вступление в проект, а то, что там надо 25 000 долларов заплатить! (смеется)

Василий: Люди сами себя выдают, получается. «Чистый спорт» нас заметил, подписались на наш аккаунт.

«Профессионалам любыми способами надо показать результат. Жесткие тренировки, не соответствующие их физическим данным, применение фармакологии, пусть и не запрещенной, но это тоже не на пользу. Это истощает иммунитет, люди получают травмы. Есть выражение: «Профессиональный спорт калечит».

Евгений: Наша идея – не борьба со всем миром, а собственное развитие. Показать всем, что можно жить по-другому, несмотря на российские реалии. Стараемся все делать на позитиве. Наша история не про борьбу. У нас – про «fun». Даже несмотря на то, что мы профессионально тренируемся, здоровье только растет. Мы развенчиваем миф, что профессиональный спорт и здоровье никак не связаны между собой. Это абсолютно не так.

Василий: У профессионалов идет все внатяг, на надрыве. Американец Бен Тру сказал: я пять лет назад оценил свой уровень и решил, где я хочу быть через пять лет. К своей долгосрочной цели он шел постепенно. Он вышел на желаемый уровень и стабильно на нем выступает. У нас примерно то же самое. Модель спиралевидная – от сезона к сезону надо прибавлять. Растрачивая здоровье, ты не будешь с каждым сезоном становиться все сильней. У многих наших атлетов идет в сезон резкий взлет при помощи форсированных тренировок, фармакологии. А в межсезонье международники не могут показать уровень КМС. От сезона к сезону такой ритм истощает организм. Но когда ты накапливаешь здоровье, то у тебя не тратится иммунитет, ты себя прекрасно чувствуешь, можешь кучу всего делать. Для тебя здоровый образ жизни – за 29 минут пробежать десятку. Плюс на этом можно и денег заработать. Все так гармонично складывается. Отчасти это здоровый образ жизни для себя. Мы бегаем для себя. Если можно на этом еще и заработать – отлично.

Кто ваши кумиры?

Евгений: Я вдохновляюсь Кенениса Бекеле и Хайле Гебреселассие. В первую очередь из-за их принципиального отличия от других темнокожих бегунов. У них мощнейшая энергетика. Они настолько позитивны, заряжают всех вокруг. На старте всегда улыбаются и получают удовольствие от бега. Нравится тройка братьев Ингебритцен из Норвегии. Это беговые неформалы, которые вышли на очень высокий уровень, чемпионы Европы. Они получают фан, бегают и заряжают всех драйвом. Российские атлеты выходят на старт, у них на лице написано: сейчас мне будет тяжело, здесь я устану и умру. А они выходят и получают удовольствие. Для них каждый старт – повод получить дозу драйва. Из отечественных атлетов нравится Вячеслав Шабунин, очень скромный, умный. Он мог бы раскрутиться, если бы не был таким скромным. Владимир Пронин вдохновляет: он нас, а мы – его. Общаемся с ним много и хорошо. Идея одна что у нас, что у Владимира. Но методы достижения разные. Он такой анклав образовал, а мы все на виду.

Вася, а у тебя есть любимые бегуны? Кроме Жени, конечно.

Василий: Тогда у меня всё! (Смеется). У меня из западных бегунов – Мо Фарах и Элиуд Кипчоге, у них вдохновляющие истории. Кипчоге отличается от кенийцев тем, что невероятно стабилен. И это признак большого интеллекта. На таком уровне и в таком возрасте он творит что-то феноменальное. Бегун, на которого бы я хотел равняться – Ник Уиллис, новозеландец. Его специализация –  бег на 1500 метров. После 30 лет он продолжает улучшать свой уровень. В итоге он два раза бежал из 3:30. Он невероятно стабилен, двукратный призер олимпийских игр. По энергетике, по всему человек-индиго, человек из космоса. На мой взгляд, его карьера складывается очень гармонично. На Западе у многих так. Они получают кайф от того, что делают. Нравится Альберто Салазар. В беге Альберто Салазар очень похож на Стива Джобса – он любит экспериментировать. Если в сторону Азии посмотреть, то это Юки Каваучи. Тоже что-то невероятное.

Евгений: Самурай! Он работает, а бегает как любитель.

Василий: Ну, любитель, профессионал… Это вопрос непонятный для меня. Так же как талантливый-не талантливый. Я не люблю эти эпитеты.

Один зарабатывает спортом, другой – нет. Это устоявшееся разделение, разве нет?

Василий: Да, но… Мне понравился ответ Искандера на этот вопрос. «Я формально любитель, но по философии – профессионал». Он тренируется два раза в день. У него есть режим. Сейчас он очень сфокусирован на результате. У него профессиональное отношение к делу. Я знаю, как Искандер тренируется. Руку на отсечение даю – он чистый. И человек, который работает и обыгрывает профессионалов. И кто он после этого? Любитель или профессионал? Искандер – один из бегунов, который мне нравится. Неформатные бегуны мне ближе. Такие люди вдохновляют.

Марат: Я по марафонцам пройдусь. На марафоне во Франкфурте обратил внимание на немецкого бегуна Арне Габиуса. Он показал лучший среди европейских бегунов результат 2015-го года – 2:08:33. Никто, как правило, не ставит на бегунов старше тридцати. Он показал, что работоспособен, что он хорошо разбирается в медицине. Юки Каваучи вдохновляет. Он отказывается от всех профессиональных контрактов. У него своя цель, своя методика ее достижения. Только то, что он может сам сделать. У него интересная история. Его мать тренировала в детстве. Она его не отпускала с тренировки, пока он не выполнит поставленной цели. Это закалило его характер настолько, что он может отработать до конца, не чувствуя ног и себя. Еще один из таких людей, которые заставляют двигаться, смотреть далеко в будущее – это Меб Кефлезигхи. Ему 41 год, этот человек участвовал на четырех олимпийских играх, и он всегда в пятерке на любом олимпийском отборе. У него свой бизнес, много детей. Эти люди заставляют на себя обратить внимание, они чем-то занимаются помимо бега, приносят пользу. Это не может не вдохновлять. Взять того же Искандера. Мы познакомились в 2015 году. И каждый разговор, каждая пробежка с ним дают мне что-то новое. Бывает так, что после сказанного сознание переворачивается, ты начинаешь думать совсем по-другому. Искандер меня вдохновляет.

pasted-image-34

«Ничего не препятствует тому, чтобы взять и сделать. Только мотивация и желание».

Мне кажется, сейчас зайдет сюда Искандер, а у него нимб над головой сияет.

Василий: Здорово, что у нас тусовка без зависти, интриг. Мне нравится, что в команду подобрались такие люди. Например, Ринас – человек, на которого я не могу злиться. Даже когда долго находимся вместе. Михаил Виноградов, ученый мирового уровня бесплатно делает интерпретацию результатов, читает лекции. Женька много людей консультирует. Мы сошлись, потому что взгляды похожие. Я тоже стараюсь людям что-то дать. У меня идея – бегом денег не заработать. Я буду счастлив, что, делая свое любимое дело, принести пользу другим людям. Отчасти так и получается. Это круто. Здорово, что есть такие люди, которые многое готовы сделать для нас. Много людей помогают, уделяя нам время, делясь знаниями. Это такой дивиденд от энергетики нашей идеи, это просто возвращается по каким-то вселенским законам. Нам говорят – чего ерундой занимаетесь. А мама поддерживает, у нас близкие отношения. На мой вопрос: «Я смогу или нет?» она отвечает: «Это как захочешь. Захочешь, все для этого сделаешь – сможешь». Сейчас я понимаю, что все зависит от моего желания.

У Василия практически не было выбора – кем стать. Женя и Марат, а у вас есть спортивный бэкграунд? Как пришли в бег?

Евгений: Меня затолкали силой. Тренер по физкультуре пообещал, что я поступлю в институт, если займусь этим ненавистным бегом. После первой тренировки я не смог самостоятельно зайти в автобус.

Сколько же ты пробежал?

Евгений: Дело даже не в этом. Я пробежал всего шесть километров, просто тренер дал такие упражнения, что в автобус меня затаскивал старичок. Я не мог подняться по лестнице. Потом три дня сидел дома, не мог ходить в школу. У меня настолько болели мышцы, что я с трудом передвигался по квартире. Но через три дня все равно пришел на тренировку.

Марат: Я бегаю с двенадцати лет. Мои одноклассники занимались сначала плаванием, потом пошли бегать. Мне стало интересно. Я сходил за компанию первый раз. Первая тренировка была не тренировка – мы пошли кататься на горку. Прямо в школьной форме, на портфеле – все как положено. Такой нестандартный подход понравился, потом пошел на вторую, третью – и остался.

Василий: Я ему до сих пор говорю: марафон пробежишь – и на горку пойдем!

Марат, ты же уже пробежал в Стамбуле свой первый марафон!

Марат: На самом деле, мы вот только и встретились после моего возвращения из Стамбула. Так что жду, когда меня отведут на горку. (Смеется). У меня семья не спортивная. Но родители были не против тренировок. Все, что нужно, покупали. Я очень часто был призером областных, студенческих стартов. Первых мест было пару раз.

Василий: Про Марата я расскажу лучше. Мы познакомились в начале прошлого лета через Ринаса. Марат работал механиком в автосалоне. Марат был уровня 17:30 на пятерке. Мы ездили вместе на какие-то старты. Он был очень слабенький, я ему об этом не говорил тогда.

Марат: Растерял форму.

Василий: Общий уровень был не очень. Он наслушался моих речей и предложил начать тренировки. Он хорошо прибавил и сказал, что хочет марафон. Я прикинул план. Решили попробовать на забеге Wings for life. В любом случае надо было выбегаться, набрать хорошую базу. Решили посмотреть, как пойдет. Он такие тренировки выполнял! Делали за день два длительных кросса. Утром пробежал по горкам в лесу 32 км по 4:20, вечером в Лужниках в районе 4-4:10. Попробовали сымитировать стресс, чтобы он был готов.

pasted-image-35

Марат Аксянов на марафоне в Стамбуле.

А потом его заносили в автобус?

Марат: А потом я еще и тренировку провел со своей группой.

Василий: Этот человек на моих глазах кардинально преобразился. Если сравнить, что было полтора года назад и сейчас – Марат прогрессировал из нас больше всех за это время. Благодаря в первую очередь его желанию. У меня народ отсеивается, который пришел непонятно зачем. Оставшиеся ребята все заряжены, мотивированы. Я знаю, что напишу им – они это сделают. Марат работает в магазине, это очень тяжело. Без желания ничего бы не получилось. Марат – наша гордость.

Недавно он спрашивал: если будем бежать на крутом старте на высокий результат – ты обрадуешься, если я выиграю? Я ответил, что в любом случае обрадуюсь – ведь победа Марата означает, что я хороший тренер. (Смеется). Тут же не футбол, это же спорт. (Смеется). Двое человек могут прибежать одинаково. Если у меня не получилось, а он смог – это круто. Мы друг за друга радуемся. Когда мы в Греции бежали, Ринас выиграл и первое, что сделал – развернулся и пошел навстречу мне. Я тогда обновил личник. Он больше за меня радовался. У нас нет зависти. Я за ребят радуюсь. У нас мечта – чтобы все заняли пьедестал. Подвинуть все команды.

Евгений: Чтобы был пьедестал из пяти первых мест!

Марат, расскажи о своем беговом клубе.

Марат: Я работаю в магазине «Stride». Там работаю продавцом и лидером бегового клуба. Подменил Васю несколько раз, познакомился с ребятами и затем стал там работать. Начали приходить люди. У меня не было опыта работы с большой группой людей. Когда перед тобой стоят двадцать человек и все на тебя смотрят, ждут указаний – я поначалу терялся. Но имея в запасе несколько татарских слов, которых никто не понимает (смеется)… Летом 25-30 человек приходили на тренировки. Осенью уже адаптировался, теперь сразу людей «ловишь». Общаемся на хорошей волне. Когда я определился с марафоном в Стамбуле. После этого пять человек захотели тоже со мной. Они начали бегать летом. Распределили обязанности и начали тренироваться. Август-сентябрь-октябрь мы готовились, плюс свои тренировки, плюс клуб. Все здорово складывалось. У меня не получился намеченный результат, но ребята показали 3:16, 3:20 – для первого марафона это здорово. У меня появляется вдохновение. Эти знания мне передал Вася, ему Женя. (Смеется). Ребята спрашивают – куда дальше поедем. Им интересно. Я рад, что получилось привить любовь к бегу. Они тоже работают менеджерами, благодаря мне бег стал частью их жизни. И это очень приятно.

И в итоге какую цель наметили?

Марат: После Стамбула мы еще не встречались. То травмы, то работа. Еще не определились, что мы хотим.

Евгений: Предлагаю марафон через Байкал. Представляете, как интересно и экстремально. Под тобой глубина 1500 метров…

Через большие окна кафе наблюдаем, как Искандер перебегает заснеженную Тверскую в спринтерском темпе…

Продолжение следует

-НЮ-

Фото: facebook.com/rocketscienceproject

 

Подпишитесь на наш канал в Telegram

Присоединиться